Семинары и вебинары по психоанализу.

28 июня 2025 г Особенности работы с нарциссическими нарушениями. (продолжен.)

29 марта 2025 г с М. Жубер (M. Joubert)

8 февраля 2025 г с Сильвия Ренье (Sylvie Regnier), «Я-кожа в формировании нарциссизма и в патологии»

11 января 2025 г Нарциссизм в переносе, «История о созвездиях» ч.2

30 ноября 2024 г Особенности работы с нарциссическими нарушениями. (отрывок)

29 июня и 17 февраля 2024 г (отрывок)

---

Плейлист (Rutube) "Надя Бужор".

Семинары Н. Бужор до 2020 г

Инфантильная депрессия, ответственность, прерывания анализа и сопровождающие чувства стыда и вины.

Стыд из-за болезни. Случай Агаты.

Первичная вина и маниакальные защиты в виде дневных ревери. по статье Ж. Пресса

Соматизация в анализе и роль трансфера и КТ. Роль вины и влечения смерти. Фройд

21 июня 2025 г «Хиазм (А. Грин). Депрессии: меланхолическая, эссенциальная, психотическая»

15, 22 и 30 августа 2024 г Техника психоанализа, по работам Сержа Видермана, Мишеля де М'Юзана, Мишеля Нейро, Мориса Буве, Бернара Брюссе, Сержа Левобиси.

27 марта, 3 и 10 апреля 2024 г Первичные интервью. Договор.

7 февраля 2024 г Работа со сновидениями.

24 августа 2022 г Интерпретация.

22 июня 2022 г Не-невротическое функционирование.

29 июня, 6 и 13 июля 2022 г Особенности не-невротического функционирования.

10, 13 и 23 мая 2021 г Способность к гореванию.

17 марта 2021 г Соматизации во время и после анализа. (отрывок)

23, 27 сентября и 4 октября 2020 г Психоаналитическая психосоматика. (отрывок)

1, 8 и 9 августа 2020 г Техника психоанализа.

одно из тех понятий, которые: кажутся всем знакомыми, часто используются, но при этом работают по-разному, в зависимости от теоретической позиции аналитика. Очень часто в клинике мы смешиваем разные уровни: защитный механизм, форму коммуникации, контрпереносное переживание, разрушение мышления, контакт с немыслимым.

Цель этого семинара — развести эти уровни по происхождению, показать, как одно и то же слово обозначает разные психические реальности, и научиться узнавать, с чем именно мы имеем дело в конкретной клинической ситуации.

Мы привыкли, что клиника определяет сферу теоретических интересов. Смещение от неврозов к пограничному функционированию привело к утрате интереса к сексуальности в пользу особого функционирования Я и догенитальных отношений с объектом. На нашем семинаре мы попытаемся вместе вспомнить "как все начиналось" и определить место и проявление психосексуальности в современной нозологии.

Если мы инвестировали объект любви нарциссически, потерять его будет означать - вырвать, потерять часть себя. А поскольку это невозможно, тогда мы не сможем прогоревать эту потерю, мы будем способны лишь к меланхолии. И тогда для того, чтобы дезинвестировать этот объект, приходится его атаковать, принижать, оскорблять. В этом случае не будет так, что нас оставил / мы оставили прекрасный объект и поэтому мы грустим. В этом случае мы можем только бросить объект, который ничего из себя не представляет, он нулевой, никакой, нет никакой ценности в этом объекте. Но поскольку этот объект при меланхолии интроецируется, то когда мы его уничижаем, обвиняем, атакуем, то на самом деле (он же интроецирован), мы атакуем, принижаем, обесцениваем самих себя. Дени Рибас

tg Заметки по психоанализу

  Преждевременное развитие Я - это преобладание влечения к самосохранения в ущерб развитию психосексуальных влечений.

В раннем опыте такой младенец не был достаточно инвестирован объектным либидо, объектными отношениями, не было достаточной детоксикации (выражаясь словами Биона: младенец был затоплен протоэмоциями, которые не альфатизировались матерью). В некоторых случаях объект может быть травматическим для младенца и он делает все так, чтобы обходиться без объекта.

Пример Ж.-К. Эльбеза: (пациентка рассказала о своих детских воспоминаниях) В возрасте 4 лет, когда она просыпалась утром, оставалась одна, т.к. родители уходили на работу. Она сама одевалась, завтракала и уходила в детский сад. Такой взрослый в будущем не способен жить в зависимости от объектных инвестиций, это невыносимо для него. По словам Мишеля Фена первичный и вторичный нарциссизм в таком случае не был завершен, потому что он не был развит в аффективных объектных отношениях. При этом присутствует гиперактивность, все нужно делать самому, нельзя ни на кого полагаться, очень сложно выстраивать отношения и уж тем более завести ребенка. Отсюда развивается фаллический нарциссизм, когда все нужно делать идеально самому, а если ты не делаешь так, то это открывает пропасть в отчаяние.

vk Elena Terekhova

  Жан Клод Эльбез представлял случай пациентки с генетической формой заболевания. Он выбрал эту пациентку, потому что ее болезнь существовала до ее рождения.

Генетическое заболевание – это то, с чем человек уже рождается, и потому встает вопрос, можем ли мы говорить о прогрессирующей дезорганизации в случае такой болезни, является ли теория парижской школы психосоматики валидной в подобных случаях.

Если говорить о моменте запуска этой болезни, то нет. Это генетическая болезнь. Но что касается развития болезни, ее эволюции, наблюдения за этой болезнью, то говорим – да, психосоматическая теория будет полезна.

В модели аннигилирующей матери Жан Клод Эльбез ставит вопрос не о дефицитарности первичного объекта, как таковой, не о материнской дефицитарности, а о процессе «инкорпорирования ребенком деструктивности первичного объекта». Т.е. когда вся психика ребенка направляется на защиту первичного объекта, самоликвидируя, уничтожая себя, он как бы вбирает в себя материнскую деструктивность.

«Вместо того, чтобы атаковать объект, мы присутствуем при самоликвидации Я, как решении проблемы фундаментальной насильственности, связанной с первичным отношением к объекту. Решением может быть ложное сэлф, решением может быть аннигиляция Я, одна из форм которой способна зайти так далеко, что поставит под угрозу сому». Когда мать несет в себе не сексуальный груз, как в «цензуре любовницы», а смертоносную насильственность».

tg La psychosomatique. Интроекция психосоматики

  Понятие окружения (объекты, которые окружают ребёнка) является эссенциальным, основным, когда речь идёт о травматизме и когда речь идёт о психосоматике.

  Если ребенок столкнётся с дефектами адаптации (по отношению к его потребностям), с недостаточной способностью адаптироваться со стороны своей матери, тогда ребёнок будет зажат или захвачен реальностью. Без медиации, без посредничества матери он столкнется с тем, что произведёт внутри него разрыв непрерывности существования. Он будет захвачен возбуждением  и это приведёт к поражениям его нарциссизма и его Я. Это один из факторов, обуславливающих появление первичного травматизма, который в будущем может привести к психосоматической дезорганизации.

  Недостаточность объекта – это то, с чем мы часто встречаемся в психосоматике, также мы имеем дело с недостаточностью окружения. Это приводит к тому, что развивается, возможно, невроз характера с плохой ментализацией или невроз поведения. И эти неврозы выстилают ложе будущей соматизации. П. Марти считал, что недостаточность материнской функции приводит к тому, что недостаточно развивается предсознательное, недостаточно развивается ментализация и это эссенциальные, самые важные моменты, которые ведут к психосоматической дезорганизации. Жан Клод Эльбез

tg Заметки по психоанализу

Андре Грин: "Известно, что анализ начался с терапии неврозов, однако если мы будем внимательнее, то заметим, что Фройд интересовался и психозами. Его взгляды на психоз спорны. Его размышления связаны с его опытом, а он был лимитированным. Известно, что случай Шребера — это текст, а не клинический случай. Итак, мышление Фройда построено вокруг неврозов. До 2-й топики все были связаны его высказыванием: "невроз — это негатив перверзии".

После 1924 г Фройд пытался найти как разницу, так и связь между неврозом и психозом. Он пытался найти связь перверзии с психозом. Фетишизм и связь с психозом. Появились его размышления о пограничных состояниях, о смеси, миксе состояний, психотическом ядре, "частном безумии" — folie privée (хочу отметить, что "ч. б."— это не психоз).

Большинство аналитиков заняты отношениями мать-дитя как если бы дитя могло появиться без наличии у мамы мужа-отца ребенка. Вот вопрос третичности."

Пограничные состояния заставляют пересмотреть значимость метапсихологии, проистекающей из неврозов. Но, прежде чем заявить, что учение Фрейда устарело, следует подумать о том, не даёт ли нам пересмотр второй части его научного наследия, той, что была создана после рубежа 1920-х годов, ключевые предпосылки для создания теории психического функционирования этих структур и придания этой теории статуса референтной. Вместе с тем, мы не должны забывать и о вкладе учёных, работавших после Фрейда, идеи которых, пожалуй, даже обогатились бы за счёт этого дополнительного размышления о работах Фрейда. Второй вопрос затрагивает клинические и технические аспекты: выделение некоей модели на основании пограничных состояний могло бы послужить фундаментом для теории техники и даже для пересмотра психоаналитического лечения во всей его совокупности. Проведение лечения с использованием накопленного опыта могло бы, за счёт этого исследования, вывести дело из тех тупиковых ситуаций, упоминание о которых мы встречаем в литературе по психоанализу. Слишком часто поиск новых путей приводит либо к исключению таких случаев из опыта анализа, когда их отдают на откуп психотерапии, всё более и более далёкой от «классического психоаналитического лечения», либо к использованию технических вариаций, которые предлагают, более или менее открыто, отказаться от самого нерва в анализе трансфера – от интерпретации. Всё это для того, заменить её контр-трансферентными подходами, которые нередко означают отступление от акта анализа. Здесь перед нами встаёт вопрос о кадре, который возник вместе с пограничными состояниями тридцать лет тому назад. Он появился на базе проблемы местного значения, но очень скоро стало понятно, что именно он составляет весь вопрос анализа, доказательство возможности обновления, которую скрывают в себе эти случаи, воспринимаемые как сложные. Но разве бывают несложные случаи?

Несомненно, в подавляющем большинстве случаев оператуарное мышление не встречается ни у невротиков, ни у субъектов, достигших стадии объектных отношений на так называемом генитальном уровне, поскольку мышление, сопровождающее действие в этих двух случаях, всегда обладает иной значимостью — оно выходит за рамки простого соотнесения с чувственно воспринимаемой и актуальной реальностью.

Тем не менее, определённые диагностические сложности могут возникнуть в случае так называемого слабовыраженного обсессивного мышления. Мы видели, что оператуарное мышление не допускает дистанции по отношению к объекту: субъект поддерживает с ним лишь поверхностный контакт, и, по-видимому, ничего, кроме этого контакта, не существует — как мы уже сказали, субъект присутствует, но внутренне пуст. В обоих случаях речь идёт о псевдоовладении реальностью, но если пациент с неврозом навязчивости достигает этого путём активной манипуляции мыслями, насыщенными символическими или магическими значениями, то психосоматический пациент с оператуарным мышлением — посредством контроля над последовательностью действий. У него не возникает сомнений.

На вербальном уровне различие ещё более разительно: в обсессивном мышлении слова гиперинвестированы, они приобретают избыточную значимость, в то время как в оператуарном мышлении они, напротив, гипоинвестированы, лишь дублируют вещь или действие, практически устраняя дистанцию между означающим и означаемым. Наконец, отношение к темпоральности также существенно различается: мысль пациента с неврозом навязчивости уворачивается от действия, разворачиваясь до бесконечности во времени с размытыми границами; тогда как оператуарное мышление строго заключено в ограниченное временное поле, определяемое лишь идеей последовательности.

Пьер Марти и Мишель де М’Юзан «Оператуарное мышление», 1963. Перевод: Дарья Старая.

Андре Грин и Жан-Люк Донне в своей книге «L'Enfant de ça. Psychanalyse d'un entretien: la psychose blanche», которую можно перевести на русский язык как: «Дитя Оно. Психоанализ одного интервью: белый психоз», изданной в 1974 году, описали и обосновали свою концепцию белого психоза. Отмечу игру слов в названии книги: «L'Enfant de ça» можно перевести как «дитя (или ребенок) "этого"» – такую фразу и произносит сам пациент в интервью, которое легло в основу иллюстрации концепции, но «Ça» во французском языке обозначает также и «Оно» – инстанцию из второй топики Фрейда. Изучение белого психоза стало «пуповиной» клиники негатива и изучения пограничных состояний, которые Грин разрабатывал на протяжении всей своей научной деятельности.

Грин и Донне дают следующее определение белого психоза: это психоз без психоза. Белый психоз не является четко описываемым или легко поддающимся определению и представляет собой скорее комбинацию симптомов, сгруппированных в одно созвездие. Фактически это невидимая структура, редко чистая, всегда ниже или выше того, что пытается определить ее название. То есть она может легко сойти за более или менее невротическое депрессивное состояние или пограничное состояние. «Три-би-ангуляция» – это термин, созданный для описания эдипальной организации при белом психозе, которая формально остается триангулярной, но лишена своей половой, сексуальной составляющей. Родители распознаются не в различии своих полов и функций, а исходя из их качества, дуальности «хороший – плохой».

Анна Благова. «Белый психоз: по следам А. Грина и Ж.-Л. Донне»

Мишель де М'Юзан сформулировал концепцию (1) «подобного/одинакового» и (2) «идентичного», которые различаются с метапсихологической точки зрения. Игра с катушкой - образец "подобного" ["du même"] навязчивого повторения, которое привносит, в итоге, небольшую йоту отличия при каждом повторении, позволяющее, в конце концов, проработать отсутствие мамы и создать репрезентацию. Повторение «подобного» - игра с катушкой - устанавливает символизирующую связь и доставляет удовольствие. В итоге травматический опыт (отсутствие матери), повторяясь в виде игры с катушкой, перерабатывается путем создания репрезентации. Когда же Мишель де М’Юзан говорит о повторении идентичного – он говорит о принуждении к разрядке, которое испытывают отдельные люди из-за массы возбуждения. Таких людей он называет «рабами количества» и располагает их в одном ряду с тяжелыми первертами.

Жерар Швек приводит пример повторения идентичного – сновидения при травматическом неврозе.

В процессе компульсии (принуждения) к повторению повторяется идентичное восприятие спящим субъектом всего травматического материала (травматического груза). Это свидетельствует о том, что работа сновидения не произошла. Работа сновидения не справилась с трансформацией перцепции в репрезентации. Повторение сна у таких больных с травматическим неврозом является моделью травматического повторения по ту сторону принципа удовольствия без какого-либо символического значения. Во время такого сновидения этот травматический опыт возвращается в виде перцепций, никак не связанных с репрезентативной тканью. В этом случае переработка, трансформация возбуждения во влечения не происходит и это препятствует тому, что напряжение возбуждения получает разрядку в удовольствии.

Вывод следующий: у таких пациентов отсутствует достаточный опыт удовлетворения потребности, пережитого в контакте с объектом. В результате галлюцинаторное удовлетворение желания компрометируется и становится невозможным. Для того, чтобы галлюцинирование удалось - необходим материал для галлюцинирования. Поскольку его нет или недостаточно - преобладает компульсия повторения. Компульсия к повторению, находящаяся на стороне влечения смерти – по типу повторения идентичного по М. де М’Юзану.

- цензура любовницы;
- незавершенность (влечений и эдиповой структуры) М.Фэна;
- «успокаивающая» мать в противовес либидинальной;
- императив преждевременного развития ребенка.

15 ноября 2025 г Супервизия*

4 октября 2025 г Супервизия*

---

4 июля 2025 г, каждая первая суббота месяца начиная с 17 ноября 2024 г Супервизия*

7 сентября 2024 г психоаналитическая встреча.

6 июля, 1 июня, 6 апреля, 2 марта, 3 февраля 2024 г Супервизия*

* - Закрытая клиническая группа, ответственный Жигалов Д. В.

Цикл лекций по книге Д. Брауншвейг, М. Фэн "Ночь, день".

16 декабря, 4 ноября 2023 г (отрывок)

30 сентября 2023 г Концепции из книги.

3 июня и 20 мая 2023 г Продолжение цикла лекций. (отрывок)

1 апреля 2023 г Начало цикла лекций. (отрывок)☝

4 марта 2023 г и 4 февраля 2023 г «Психосоматика подростков»

---

Плейлист (Youtube)"Диран Донабедян".

29 октября 2025 г по статье Ж. Пресса об эссенциальной мании.

9 июля 2025 г семинар памяти М. Айзенштайн по статье «Психосоматическое решение — соматический исход. Клинические заметки: человек из Бирмы»

15 января 2025 г По статье М. Айзенштайн "Загадки и парадоксы в работе психосоматика".

11 сентября, 10 июля 2024 г К. Смаджа о символизме органа.

14 февраля 2024 г и 20 декабря 2023 г Эссенциальная депрессия.

21 июня 2023 г Ги Лавалле "Смерть в глазах", слепой от рождения прозревает: случай S. B."

8 февраля 2023 г П. Марти, М. Фен "О нарциссизме и его генезисе".

14 декабря и 12 октября 2022 г "Соматизация и характер" по работе Анн Дебюрж. (отрывок)

6 июля 2022 г От З. Фрейда к П. Марти.

18 мая и 16 марта 2022 г О психической травме; Обсуждение статьи К. Пара.

12 января 2022 г К. Пара "О счастье". (отзыв)

10 ноября 2021 г Р. Руссийон "Путешествие во времени".

Цикл семинаров на тему: «Метапсихология мазохизма и его связь с соматическими явлениями».

15 сентября 2021 г М. Айзенштайн: Невозможные регрессии?

9 июня 2021 г второй семинар цикла. Рассматриваем женский мазохизм.

17 марта 2021 г семинар памяти Ж. Швека.

27 января 2021 г по работе З. Фройда "Экономическая проблема мазохизма"☝ Начало цикла.

16 сентября 2020 г по работе З. Фройда "Психогенное нарушение зрения".

12 февраля 2020 г Мазохизм, его отношение к связыванию влечений..

18 декабря и 16 октября 2019 г по работе К. Смаджа "Соматические судьбы влечений". Панорама

19 июня 2019 г тема: Клод Смаджа о расщеплении и вытеснении.

22 апреля 2023 г "Концепция дезорганизации". (отзыв)

3 марта 2023 г "Концепция apres-coup". (отрывок)

16 декабря 2022 г введение "Психоанализ и нейронауки".

Любовь — это работа. Работа по переработке наших самых ранних отношений, наших невыраженных фантазмов, нашей способности искать опору вне себя. Любовь восстанавливает связь между ранней и зрелой психикой: она возвращает нас к опыту зависимости, но в форме, которую можно выдержать.

И именно здесь мысли Жака Андре особенно важны. Он показывает, что любящий субъект не обязательно становится слабым — он становится восприимчивым. Женственность в его понимании — это не гендерная категория, а способность внутреннего Я быть открытым, быть принимающим, быть уязвимым.

Любовь требует от субъекта этой женственности — способности терпеть, ждать, слушать, не закрываться. Способности позволить другому существовать как другому. Способности выдержать собственную ревность, собственную фантазию поглощения, собственный страх быть непонятым. Субъект, по Андре, любит не потому, что нашёл идеальный объект, а потому что в нём что-то откликнулось — тело, фантазм, след. Любовь — это всегда встреча двух внутренних историй, которые не совпадают и никогда не совпадут. Но именно в этой нестыковке и есть её живость: любовь существует в трещине, а не в гармонии.

Кристева добавила бы, что любовь всегда несёт в себе память первичной материнской сцены — сцены, где слово и тело ещё не были разделены. Поэтому любовь так глубоко трогает: она вызывает в нас то, что мы не можем назвать, но можем почувствовать. Любовь возвращает субъекту способность мыслить иначе, создавать новые формы символизации, выдерживать внутреннюю пустоту как условие появления смысла. Любовь — это способность давать место отсутствию. Это работа по очеловечиванию первичной зависимости. Андре сказал бы, что любовь — это опыт, в котором субъект принимает собственную уязвимую телесность как источник связи, а не угрозы. Любить — значит впустить в себя другого, не уничтожив себя.

И остаться собой, не отвернувшись от собственной внутренней трещины. Любовь — это работа субъекта, который соглашается жить не в завершённости, а в открытости. Она не делает нас целыми. Она делает нас живыми.

Аурелия Ив. Коротецкая

---

«Любить — это и в одиночестве хранить другого»
— Райнер Мария Рильке

19 октября 2025 г с 13:00 до 16:00

на тему: Одиночество - судьба или выбор?

Одиночество — это ли приговор, судьба, вписанная в человеческую участь? Или возможность, внутренний выбор, открывающий путь к свободе?

Аурелия Ив. Коротецкая

 

---

По следам 85-го Конгресса франкофонских психоаналитиков

20, 27 июня и 4 июля 2025 г
с 19:00 до 22:15 (15 минут перерыв)

на тему: Травматизм, де(символизация), воспоминания

   Краткое содержание: Понятие coup. Отличие от травмы; Après-coup; Десимволизация на службе психического развития; Случай Марии. Смерть в анализе; От перцептивного следа к мнестическому. Случай Бланш (аналитика Детье); Между взломом и отсутствием; Травматический невроз аналитика; Сенсо-моторность как защита от соматизации.

Лариса Ив. Фусу

---

24, 25 мая 2025 г с 13:30 до 16:30

М-к на тему: Роль контрпереноса в работе с не-невротическими пациентами

Анонс: Уважаемые коллеги, мы вместе с Л. И. Фусу проведём семинар, посвящённый контрпереносу. Постараемся затронуть много аспектов этого наиважнейшего в современной практике психического феномена. Именно контртрансфер стал главным и ценным инструментом в работе с не-невротиками и от его понимания зачастую зависит судьба процесса. Обязательно приведём точку зрения Грина на контратрансфер.

Аурелия Ив. Коротецкая

---

6 апреля 2025 г с 13:00 до 19:00
(перерыв 15 минут)

М-к на тему: Деньги в психоанализе и в терапии

Анонс: В первой части речь будет идти о метапсихологии денег. Обычно деньги связывают только с анальностью, но они связаны также и с оральностью, и с фаличностью. Символическая и реальная роль денег. Во второй части речь будет идти о роли, месте и функции денег в психоаналитической психотерапии и психоанализе.

Лариса Ив. Фусу

---

22, 29 ноября и 13 декабря 2020 г с 12.00 до 17.00

М-к по технике работы с не-невротическими пациентами..

фото, видео

---

28 января 2018 г с 11.00 до 16.30